Анатолий Петров

Полный текст просьбы

Иллюстрация к статье - Анатолий Петров
Диагноз:

Нейроэндокринный рак левой половины полости носа с распространением 4 стадии. Состояние после химилучевого лечения от 2010. Фиброз легких с кистозной транформацией.

Толя и Оля познакомились, когда, по прогнозам врачей, Толе оставалось жить от пары недель до пары месяцев. Рак левой половины слизистой носа, обнаруженный на 4 стадии, успел распространиться в пазухи, глазную орбиту и черепную ямку…

 
Собрано 317 423 из 315 700 руб.
Сбор завершен. Спасибо за вашу поддержку!

Толя и Оля познакомились, когда, по прогнозам врачей, Толе оставалось жить от пары недель до пары месяцев. Рак левой половины слизистой носа, обнаруженный на 4 стадии, успел распространиться в пазухи, глазную орбиту и черепную ямку…

Оля — это Ольга Пинскер, директор фонда «Адреса милосердия» и со-учредитель нашего фонда. За долгие годы в благотворительности Оля видела множество пациентов, находящихся на 4 стадии. Видела, как они уходят, как им тяжело. Толя — сирота, у нет родных. И Оля решила стать ему родной.

«Фронтовая любовь» — я думала, посижу пару ночей у постели умирающего, а он на поправку пошел))) После химии и облучения обвенчались. Не знаю, как это могло случиться в нашем положении, но у нас родились один за другим двое детей. Сыну Мише сейчас 6 лет, дочке Агнии будет 5. Толин химиотерапевт говорил, что этого не может быть — после такой сильной химии у мужчин по 5 лет не может быть детей…

И Толя ожил. Несколько недель превратились в 8 лет. Нельзя сказать, что всё сразу стало безоблачно. Но в этой ремиссии можно было жить! Восемь лет семейной жизни, двое детей (а для самой Оли это уже пятый и шестой ребенок!), ремиссия — это ли не счастье?!

Оля и Толя 4 года назад

Несколько лет назад боли вернулись. Оля, заподозрив рецидив, стала бегать с мужем по врачам, но онкологи только разводили руками — мы не знаем, что это, но это точно не рак. Может, слишком высокой была доза при облучении? Или длительный прием гормонов? Или что-то еще? Никто не мог докопаться до причины. Боли были настолько сильными, что Толе начали проводить наркотическое обезболивание. Он и сейчас на нём. Еще зимой Толя мог ходить — пусть и с ходунками, но после перенесенной тяжелейшей пневмонии окончательно слёг. Оля, имея на руках маленьких детей и лежачего мужа с невыносимыми болями, решила обратиться за помощью.

Толе дали направление в московский хоспис. Толя, привыкший к самостоятельности, впал в депрессию: за ним, как за маленьким, нужен постоянный уход: посадить, повернуть, покормить… Но именно там, в хосписе, состоялось важное событие: несколько недель назад Оля и Толя сыграли свадьбу. Самую настоящую свадьбу — с тортом, белым платьем, гостями и шампанским! 

Свадьба Оли и Толи. На руках у мамы 5-летняя Агния, папу обнимает 6-летний Миша

А потом Оля пригласила для консультации врача-реабилитолога из Междисциплинарного центра реабилитации.

Это было чудо из разряда «Встань и иди»! Под чутким руководством врача Толя смог самостоятельно сесть, лечь, перевернуться на бок. Врач сказал, что много времени упущено, но шансы у Толи неплохие! Если он сможет самостоятельно садиться, пересаживаться на коляску, обслуживать себя — это будет замечательно! Но без помощи врачей, которые умеют реабилитировать онкологических пациентов нам не справиться…

Реабилитация после перенесенного онкозаболевания в России до сих пор редкость. Тем не менее, частные центры, которые бьются за улучшение качества жизни своих пациентов, проводят такую реабилитацию.

Толю очень ждут в Междисциплинарном центре реабилитации, где, узнав, что Оля из сферы благотворительности, сделали существенную скидку на реабилитацию Толи.

Мы просим вам помочь этой семье. Мы очень хотим, чтобы в сентябре (даже два сентября подряд!) Толя мог отвести в первый класс сына, а потом и дочку.